«Созависимость. Как я перестала спасать сына-наркомана и он начал лечиться»
Екатерина, 55 лет
Сын в ремиссии 2 года
Интервью записано с согласия пациента, имя изменено в целях конфиденциальности. Беседовал Психолог, психотерапевт Наркологической клиники «Первая Наркология» Некрасова Светлана Павловна.
Проблема: «Я жила его жизнью»
— Екатерина, это история не про пациента, а про вас.
— Да, я мать. Мой сын сидел на героине. Я таскала его по клиникам, платила за кодировки, врала врачам, покрывала долги. Я не спала, не ела, жила только им. Но чем больше я его "спасала", тем глубже он тонул. Однажды он ударил меня, когда я не дала денег на дозу. Я попала в больницу с инфарктом.
Процесс: «Группы для родственников»
— Врач сказал жестко: «Хотите спасти сына — займитесь собой». Я пошла в группы для созависимых (по программе «12 шагов» для родственников Al-Anon). Там меня учили одному: отделить свою жизнь от его жизни. Я перестала давать деньги, перестала решать его проблемы. Это было страшно — я боялась, что он умрет. Но это сработало.
Результат: «Он вырос»
Когда я убрала "костыль" своей гиперопеки, ему пришлось столкнуться с реальностью. Он упал на дно, но оттуда смог оттолкнуться. Через полгода он сам пришел в клинику и попросил помощи. Сейчас мы общаемся, но это общение двух взрослых людей. Я перестала быть "мамочкой-спасателем" и обрела себя.
Комментарий ведущего специалиста
Созависимость — это зеркальное отражение зависимости. Пока семья играет роль "спасателя", зависимый играет роль "жертвы" и не берет ответственность. Лечение созависимости часто является единственным триггером для начала лечения самого пациента
Некрасова Светлана Павловна
Психолог, психотерапевт Наркологической клиники «Первая Наркология»